bow down, bow down, bow down to your god
Господи, вроде все и хорошо, и прекраснее, чем обычно,
А в таком же обычном режиме хочется плакаться и разрываться,
И плачется и разрывается целую ночь,
И если спросят почему, я не знаю что ответить,
Ведь вроде все и хорошо, и прекраснее, чем обычно.
А в таком же обычном режиме хочется собрать два свитера и сапоги,
И отправить запрос авиакомпаниям,
Глупый запрос на новое назначение и новую жизнь,
Хотя понимается, что они в этом не сильны.
В таком же обычно режиме снова пласибо после люминирс,
В таком же обычном режиме все слова песен проговариваются губами беззвучно.
Как обычно, состояние бесконечной тоски накатывает неожиданно и не хочет выпускать из лап.
И почему всегда, когда вот так, как обычно,
Я всегда вспоминаю только тебя,
И ощущение, что только ты могла сделать меня лучше,
Починить меня,
Хотя я давно уже понимаю, что это просто ностальгия,
И ничего ты не могла такого, что не могут авиакомпании.
Снова ощущение, что я бегу в гору,
Ведь там на горе, кажется, можно, наконец, бросить блестки,
И танцевать.
Снова ощущение, что мир - иллюзия.
Снова ощущение, что я тону.
Снова ощущение, что я просто не умею быть счастливой.
Настроение перечитывать старые записи,
И окунаться с головой в эту тоскливую ностальгию,
А ведь наверняка известно,
Что нихрена это не поможет, а только
Будет еще невыносимей.
Отчетливое понимание, что пройдет это все, пройдет,
Пройдет через одну заплаканную ночь.
И такое же отчетливое понимание, что через день,
Через месяц, через год,
Я все точно так же найду укромный угол,
И буду захлебываться слезами.
Вспоминая тебя, хотя эта грусть не о тебе,
И ты здесь вообще ни при чем,
Видимо, ты лишь мое пожизненное вдохновение,
Видимо, ты все таки делала меня лучше.
А в таком же обычном режиме хочется плакаться и разрываться,
И плачется и разрывается целую ночь,
И если спросят почему, я не знаю что ответить,
Ведь вроде все и хорошо, и прекраснее, чем обычно.
А в таком же обычном режиме хочется собрать два свитера и сапоги,
И отправить запрос авиакомпаниям,
Глупый запрос на новое назначение и новую жизнь,
Хотя понимается, что они в этом не сильны.
В таком же обычно режиме снова пласибо после люминирс,
В таком же обычном режиме все слова песен проговариваются губами беззвучно.
Как обычно, состояние бесконечной тоски накатывает неожиданно и не хочет выпускать из лап.
И почему всегда, когда вот так, как обычно,
Я всегда вспоминаю только тебя,
И ощущение, что только ты могла сделать меня лучше,
Починить меня,
Хотя я давно уже понимаю, что это просто ностальгия,
И ничего ты не могла такого, что не могут авиакомпании.
Снова ощущение, что я бегу в гору,
Ведь там на горе, кажется, можно, наконец, бросить блестки,
И танцевать.
Снова ощущение, что мир - иллюзия.
Снова ощущение, что я тону.
Снова ощущение, что я просто не умею быть счастливой.
Настроение перечитывать старые записи,
И окунаться с головой в эту тоскливую ностальгию,
А ведь наверняка известно,
Что нихрена это не поможет, а только
Будет еще невыносимей.
Отчетливое понимание, что пройдет это все, пройдет,
Пройдет через одну заплаканную ночь.
И такое же отчетливое понимание, что через день,
Через месяц, через год,
Я все точно так же найду укромный угол,
И буду захлебываться слезами.
Вспоминая тебя, хотя эта грусть не о тебе,
И ты здесь вообще ни при чем,
Видимо, ты лишь мое пожизненное вдохновение,
Видимо, ты все таки делала меня лучше.